Вроде как дети, но все в бороде

Разговоры о мексиканском фильме «Эли», который был показан в Каннах, получил там приз за режиссуру, а теперь добрался и до Москвы, принято начинать с упоминаний о его чрезвычайной жестокости. О том, что его автор, режиссер Эскаланте, — лютый натуралист и верный последователь Ханеке. Это, наверное, так, однако нельзя не заметить, что «Эли» удивительно сдержан для фильма, в котором яйца заглавного героя обливают бензином и поджигают.

Герой этот из породы маленьких людей, честный, горбатится на автозаводе, живет в одной квартире с отцом, младшей сестрой, женой и грудным ребенком. Не слишком уверен в себе, в роли главы семейства (пока) чувствует себя неуютно; когда переписчик спрашивает его о том, сколько человек живет в доме, не может даже сразу назвать точную цифру. Со временем, можно не сомневаться, и деньги в доме какие-никакие появились бы, и второй ребенок, если бы упомянутая сестра не закрутила роман с идиотом-солдафоном, тот не украл пару пакетов кокаина, а Эли их не обнаружил и не выкинул содержимое в канаву.

Переход от бытовых зарисовок, составляющих первую треть фильма, к пыточным процедурам здесь оформлен так, как подсказывает сам однообразный бескрайний мексиканский пейзаж. Проще говоря, не меняется вообще ничего. И в самые свирепые моменты, и в условно трогательных сценах камера держит внушительную дистанцию и не делает различий между людьми, кактусами и плакатами на стенах. Конечно, безэмоциональность ограничивает и без того скромную аудиторию фильма, в которую едва ли входят неоднократно упомянутые на этих страницах домохозяйки, но она же гарантирует, что рассуждения о не самых приятных вещах будут доведены до конца и не обернутся пошлостью.

Сухой, скучноватый стиль ограждает режиссера и от упреков в эстетизации бойни или в том, что он ищет дешевый способ шокировать. Несостоятельность последней претензии будет очевидна любому, кто смотрел в кинотеатре «Эли» и, скажем, «Антихриста». Если с Триера люди уходили неослабным потоком, то Эскаланте почти все досматривают до конца, причем на сеансе «Эли» зал отчетливо ахнул лишь в одном полусекундном моменте, когда на экране свернули шею милому щеночку.

Соблюдая спартанскую дисциплину, режиссер достигает главного – скармливает успокоенному зрителю редко звучащую, неудобную идею о том, что насилие как таковое цивилизации не то что не противно, а даже и необходимо. Поскольку в обучении желательно использовать примеры попроще, для закрепления усвоенного материала привлечен откровенно дубовый символизм: после пыток в семье Эли наметился, по понятным физиологическим причинам, некоторый разлад, но стоит герою отомстить мучителям – и всё налаживается буквально в следующем кадре.

В идеале зрителю стоило бы внушить еще и мысль о том, что жизнь человека будет подороже жизни щеночка, но этим Эскаланте не озаботился.

Спасти рядовую проститутку

Третьим конкурсным фильмом ММКФ, который я посмотрел, оказался итальянский Spaghetti Story. На пресс-конференции режиссер фильма Чиро Де Каро рассказал, как создавался этот проект. Выяснилось, что в Италии, как и у нас, многие молодые режиссеры боятся браться за полный метр. Это и сложно, и дорого. И каковы шансы на успех? Нет, лучше еще немного подождать. Устав кормить самого себя отговорками, Чиро Де Каро решил поставить полный метр и сделал это.

 photo SpaghettiStory-Screenshot01_zps52e2d418.jpg

Бюджет фильма комичен, съемки крайне простые, актеры сплошь начинающие, сценарий и некоторые художественные решения вызывают вопросы, но при этом получилось очень задорное кино, сделанное молодым и дружным коллективом. Вряд ли можно назвать этот проект профессиональным. С таким спорным, раздражающим монтажом – нет, извините. Однако ругать авторов совершенно не хочется, потому что как кино это смотрится гораздо пристойнее того же «Наслаждения», поставленного опытным режиссером.

Читать далее

Уронил мыльницу

Продолжим наши письма с ММКФ. На контрасте с «Маттерхорном» интересно рассматривать британское кино «Наслаждение» (еще один участник конкурсной программы), потому что к этому фильму поразительным образом не применимо не только слово «искусство» (это, как вы поняли, я прощаю легко), но и даже слова «кино» и «британский». Ему хорошо подошло бы слово «дебют», будь режиссер Гарет Джонс дебютантом, однако у него за плечами внушительный список телевизионных работ, а сама картина «Наслаждение» — уже второй фильм в задуманной им трилогии.

 photo GarethJones_zpsd6d1e60f.jpg

Режиссер Гарет Джонс

Первый фильм трилогии тоже побывал на ММКФ, теперь вот взяли второй, и можно с уверенностью говорить, что возьмут и третий. Как говорится в хорошей книге Film Festival Secrets: «Film festivals love returning directors». Лишнее доказательство того, что любовь слепа. Впрочем, сам режиссер производит очень приятное впечатление (вы бы слышали, какой у него голос замечательный). Тем печальнее, что эта его британская харизма фильму не передалась совершенно.

Читать далее

Принц и днище

Посмотрел в рамках конкурсной программы ММКФ голландский фильм «Маттерхорн», легкое комедийное кино, на которое серьезному критику полагается кривиться свысока и задавать неудобные вопросы в духе: «Извините, а где здесь искусство, это же все-таки конкурс Международного московского кинофестиваля». Неудобные они потому, что на самом деле спрашивается совсем другое: «Почему вы показываете не то кино, которое я хотел бы посмотреть?»

 photo Matterhorn_zpse0852597.jpg

Как можно серьезно отвечать на такую претензию, не очень понятно. Впрочем, нынешний ММКФ традиционно окутан огромным количеством таких вот странноватых претензий. Например, на Kinote и Снобе выложена статья Вадима Рутковского, где автор рассказывает о том, как пошел на пресс-показ фильма «Другая жизнь Ришара Кемпа», ударился ногой об кресло, а на следующее утро проснулся весь в крови. Знаковая травма, говорит автор, потому что ММКФ же весь такой, он про сопротивление и преодоление.

Читать далее

Я Серёжа, но неважно

В пятницу, которая была, гм, две с лишним недели назад, на ММКФ показывали Триера, о котором я ДОЛЖЕН БЫЛ что-то рассказать. К сожалению, дело в тот день было организовано так: люди с билетами относительно спокойно проходили в зал в любое время (и даже до официально объявленного начала сеанса), а лицам аккредитованным пришлось полчаса стоять и дожидаться начала, чтобы потом, в темноте, пробираться к Триеру. Сразу после того как дверь все-таки открыли, аккредитованные стали наседать; послышались крики: «Сделайте два шага назад! Тут человек упал!»

В результате я занял место на ВИП-ступеньках — тех, что повыше и поближе к выходу. Все бы ничего, но первые 5 минут (а у Триера — вторые, первые я счастливо пропустил) вокруг, и очень часто — перед экраном, ходил охранник и упрашивал московскую интеллигенцию выключить телефоны; затем он успокоился, но к выходу потянулась уже сама интеллигенция, не выдержавшая пытки Триером. Во второй части фильма люди шли прямо-таки потоком; одна дама, появление которой перед экраном совпало с какой-то там метафорой, связанной с Брейгелем, не сдержалась и, добравшись до двери, выдохнула: «Свобода!» Задние ряды — и я с ними — взбодрились.

Короче говоря, в «Меланхолии» все элегантно и масштабно умирают под Вагнера, и представить себе человека, который не хочет на это посмотреть, невозможно. Надеюсь, Евгений ее тоже посмотрит и оформит тут нормальный пост с психологическим анализом действий героинь и проч.

В тот же день, кстати, произошло знаменательное событие: я увидел на ММКФ нестыдный гонконгский конкурсный фильм «Месть. История любви», который потом получил приз за лучшую режиссерскую работу. Всё, чего зритель вправе ожидать от восточного триллера, он здесь получит: пытки — ок; увечья — тут; месть — ну, вы поняли; неэффективная коррумпированная полиция — да вот она, целая бригада; рапид — с нами, минут на десять в общей сложности; даже знаковая фраза «Я прострелю тебе глаз» не забыта. Другое дело, что таких фильмов, кажется, по пять штук в год выходит (если что-то не так в Гонконге, корейские друзья обязательно помогут), но для фестиваля это успех.

Еще меня Ваня просил прорекламировать хип-хоп дуэт «Птицу емъ», о котором, будто бы, еще не все знают. Хорошо: есть такая группа из Екатеринбурга, в составе — два человека из тех трех, которые образуют «4 позиции Бруно». Получается не сказать, что безоговорочно круто, но весело и дóбро. Лучшая песня с первого и единственного альбома «Птицу съем»:

Кого-нибудь также может заинтересовать довольно мощный микстейп Death Grips — Exmilitary, который совершенно легально скачивается здесь. Вот, скажем, вариация на тему Pink Floyd:

Можно было бы сказать что-то и о свежем трейлере приквела «Нечто», но, как оказалось, даже для того, чтобы досмотреть его до конца, требуется определенное усилие. Зато можно легко оценить, в какую жопу за 30 лет скатилось искусство создания трейлеров к фильму «Нечто». Оценить, в какую жопу скатилось искусство создания самого фильма, мы сможем в октябре, ура.

И, наконец, нельзя не прорекламировать сокрушительное выступление в жанре «какое же вы все говно» нашего любимого критика Дениса Вадимовича Горелова. Мы разнимся с латиносами расой, религией, климатом, полушарием и даже, по словам Кона, сексуальными практиками. Нас роднит единственно способ производства: неустойчивая сырьевая демократия с креном в коммунизм и бандитизм. Ничего, кроме песен и полезных ископаемых, ни мы, ни они производить не умеем, как ни корячимся, — отсюда общекультурные производные. Общинность. Разбойничий форс. Вера в рулетку, лотерею и фортуну вообще. Диалектическое отношение к чужой собственности. Бедняцкая страсть к цветным тряпкам. Повышенная сексуальная свобода — ибо ничем, кроме передка, половина женщин заработать не в состоянии.

Роль метафор в фильме выполняют камень и лужа

Фестиваль идет, и я был вынужден посмотреть конкурсный фильм «Уход», у которого
были все шансы оказаться приличным. Во всяком случае, снявший его Вацлав Гавел
был не только президентом Чехословакии и Чехии, но и, как рассказывает «Википедия», видным драматургом и поэтом.

«Уход» вырос из сатирической пьесы про стареющего влиятельного политика,
отставленного с поста и квартирующего с семьей и друзьями на государственной
даче. Молодой прохиндей, заступивший на его место, забирает дачу себе, и герою
приходится съезжать. Сложно сказать, насколько пьеса была успешна; в рецензии The New York
Times ее, к примеру, поругивают, замечая, что сатира бесцельна, неумна и опоздала
лет на двадцать.

Все это относится и к фильму, поскольку текст, если судить по показанному ниже
небольшому отрывку, в котором к главному герою на дачу приходят журналисты и берут
интервью, вообще не меняли. При этом г-н Гавел, кажется, не очень высоко
оценивает способности и выдержку кинозрителя и пытается развлекать его, как
умеет: на сцене интервьюер и фотограф представляются более или менее обычными
людьми, а на экране — деградантами в пятом поколении, дебоширами с перебитыми
носами и сломанными конечностями. Остальным персонажам повезло чуть больше;
советник политика (стоит за интервьюером), к примеру, всего лишь сделался
педерастом с приторными ужимками.

Роль метафор в фильме выполняют камень, о который все подчеркнуто спотыкаются раз
двадцать, и лужа. Г-н Гавел также припас отсылки к «Вишнёвому саду» —
упоминается Епиходов, в финале слышится треск срубаемых деревьев — и почему-то к
«Контракту рисовальщика» (хотя я готов поверить, что тут мне просто показалось).

Другими словами, фильм «Уход» занимает достойное место в конкурсной программе 33
-го ММКФ.

You should’ve kept your mouth shut, they’d have thought you was a horse and let you out

До начала фестиваля осталось три дня, и теперь — ура! — все программы известны. В интересующей нас ретроспективе Пекинпа не оказалось «Железного креста», зато ужасающий The Killer Elite — там. Это, напомним, такой фильм, в котором есть ровно два заслуживающих внимания фрагмента:

и

Смотреть остальные сто с лишним минут я бы не порекомендовал никому.

Стоит также отметить замечательную ретроспективу картин с участием Хелен Миррен — замечательную тем, что в нее войдут ТРИ фильма. Желающие могут составить себе из заявленных в программе «1675 километров итальянского кино» фильмов с Мастроянни такую же ретроспективу, я проверял.

Prevues of Coming Attractions

По случаю 33-го ММКФ наш бложек, кажется, снова начнёт обновляться. С самим фестивалем пока ничего не ясно; пресс-конференция была позавчера, однако сайт отказывается сообщать, что входит в любые программы, кроме конкурса и «перспектив». В конкурсе непривычно много знакомых фамилий: Лобан, Хомерики и Синдо (которому уже 99 лет исполнилось — представляете, каков человечище).

Основным событием фестиваля будет, естественно, ретроспектива Пекинпа, а потому мы о ней что-нибудь напишем, как только станет известно, что привезут. Если предположить, что на сайт постеснялись бы выкладывать изображения к фильмам, которые не покажут, то обязаны быть «Альфредо Гарсиа», «Дикая банда», «Молодой Боннер», «Железный крест», «Соломенные псы», «Побег» и, внезапно, «Конвой».

Чтобы пост имел хоть какой-то смысл, закончим его этим выдающимся видео с «Санденса». Его все, кто хотел, уже посмотрели, но неважно

«У героя и актера совпадают не только типажи и инициалы, а главным образом харизма!»

Наверное, нужно что-нибудь сказать о «Джонни Д.». Женя скоро оформит всеобъемлющий пост, а я пока сошлюсь на хвалебную рецензию Волобуева, которая выглядит несколько странно: с ней очень хочется согласиться, но я, к сожалению, уже видел фильм.

То есть всё, что там отмечено, — высокий профессионализм, современная цифра, внимание к деталям, репортажная камера, грандиозные перестрелки — всё правда, но у манновского метода есть ведь и обратная сторона. «Явная нелюбовь к драматургии» оборачивается тем, что сколько-нибудь запоминающихся сцен в фильме нет вообще. «Формальные задачи… для него интересней характеров» — действительно, про героя Бэйла можно, например, узнать, что его зовут Мелвин Пёрвис, он невозмутим и хочет поймать Диллинджера. И только. С Деппом та же примерно история; Манн ведь не зря в интервью говорит: «…не знаю, может… в фильме это не прочтется, так случается — но вообще это история про человека, который искал любовь». Ну вот, похоже, подтвердились опасения.

В связи с этими «перестрелками, снятыми так, что чувствуешь отдачу автоматного приклада в плечо» мне, кстати, вспоминается мой любимый фильм Samurai Spy, в котором финальное сражение снято таким вот планом

…И ему это нисколько не мешает.

31 ММКФ — рассказывает Евгений Уткин

Прошло совсем немного времени, как закрылся Московский кинофестиваль. Итоги конкурса давно известны всем, но о том, как правильно подснять звезду провинциалу, можно узнать из нашего очередного видеопоста.