Вроде как дети, но все в бороде

Разговоры о мексиканском фильме «Эли», который был показан в Каннах, получил там приз за режиссуру, а теперь добрался и до Москвы, принято начинать с упоминаний о его чрезвычайной жестокости. О том, что его автор, режиссер Эскаланте, — лютый натуралист и верный последователь Ханеке. Это, наверное, так, однако нельзя не заметить, что «Эли» удивительно сдержан для фильма, в котором яйца заглавного героя обливают бензином и поджигают.

Герой этот из породы маленьких людей, честный, горбатится на автозаводе, живет в одной квартире с отцом, младшей сестрой, женой и грудным ребенком. Не слишком уверен в себе, в роли главы семейства (пока) чувствует себя неуютно; когда переписчик спрашивает его о том, сколько человек живет в доме, не может даже сразу назвать точную цифру. Со временем, можно не сомневаться, и деньги в доме какие-никакие появились бы, и второй ребенок, если бы упомянутая сестра не закрутила роман с идиотом-солдафоном, тот не украл пару пакетов кокаина, а Эли их не обнаружил и не выкинул содержимое в канаву.

Переход от бытовых зарисовок, составляющих первую треть фильма, к пыточным процедурам здесь оформлен так, как подсказывает сам однообразный бескрайний мексиканский пейзаж. Проще говоря, не меняется вообще ничего. И в самые свирепые моменты, и в условно трогательных сценах камера держит внушительную дистанцию и не делает различий между людьми, кактусами и плакатами на стенах. Конечно, безэмоциональность ограничивает и без того скромную аудиторию фильма, в которую едва ли входят неоднократно упомянутые на этих страницах домохозяйки, но она же гарантирует, что рассуждения о не самых приятных вещах будут доведены до конца и не обернутся пошлостью.

Сухой, скучноватый стиль ограждает режиссера и от упреков в эстетизации бойни или в том, что он ищет дешевый способ шокировать. Несостоятельность последней претензии будет очевидна любому, кто смотрел в кинотеатре «Эли» и, скажем, «Антихриста». Если с Триера люди уходили неослабным потоком, то Эскаланте почти все досматривают до конца, причем на сеансе «Эли» зал отчетливо ахнул лишь в одном полусекундном моменте, когда на экране свернули шею милому щеночку.

Соблюдая спартанскую дисциплину, режиссер достигает главного – скармливает успокоенному зрителю редко звучащую, неудобную идею о том, что насилие как таковое цивилизации не то что не противно, а даже и необходимо. Поскольку в обучении желательно использовать примеры попроще, для закрепления усвоенного материала привлечен откровенно дубовый символизм: после пыток в семье Эли наметился, по понятным физиологическим причинам, некоторый разлад, но стоит герою отомстить мучителям – и всё налаживается буквально в следующем кадре.

В идеале зрителю стоило бы внушить еще и мысль о том, что жизнь человека будет подороже жизни щеночка, но этим Эскаланте не озаботился.

Спасти рядовую проститутку

Третьим конкурсным фильмом ММКФ, который я посмотрел, оказался итальянский Spaghetti Story. На пресс-конференции режиссер фильма Чиро Де Каро рассказал, как создавался этот проект. Выяснилось, что в Италии, как и у нас, многие молодые режиссеры боятся браться за полный метр. Это и сложно, и дорого. И каковы шансы на успех? Нет, лучше еще немного подождать. Устав кормить самого себя отговорками, Чиро Де Каро решил поставить полный метр и сделал это.

 photo SpaghettiStory-Screenshot01_zps52e2d418.jpg

Бюджет фильма комичен, съемки крайне простые, актеры сплошь начинающие, сценарий и некоторые художественные решения вызывают вопросы, но при этом получилось очень задорное кино, сделанное молодым и дружным коллективом. Вряд ли можно назвать этот проект профессиональным. С таким спорным, раздражающим монтажом – нет, извините. Однако ругать авторов совершенно не хочется, потому что как кино это смотрится гораздо пристойнее того же «Наслаждения», поставленного опытным режиссером.

Читать далее

Уронил мыльницу

Продолжим наши письма с ММКФ. На контрасте с «Маттерхорном» интересно рассматривать британское кино «Наслаждение» (еще один участник конкурсной программы), потому что к этому фильму поразительным образом не применимо не только слово «искусство» (это, как вы поняли, я прощаю легко), но и даже слова «кино» и «британский». Ему хорошо подошло бы слово «дебют», будь режиссер Гарет Джонс дебютантом, однако у него за плечами внушительный список телевизионных работ, а сама картина «Наслаждение» — уже второй фильм в задуманной им трилогии.

 photo GarethJones_zpsd6d1e60f.jpg

Режиссер Гарет Джонс

Первый фильм трилогии тоже побывал на ММКФ, теперь вот взяли второй, и можно с уверенностью говорить, что возьмут и третий. Как говорится в хорошей книге Film Festival Secrets: «Film festivals love returning directors». Лишнее доказательство того, что любовь слепа. Впрочем, сам режиссер производит очень приятное впечатление (вы бы слышали, какой у него голос замечательный). Тем печальнее, что эта его британская харизма фильму не передалась совершенно.

Читать далее

Принц и днище

Посмотрел в рамках конкурсной программы ММКФ голландский фильм «Маттерхорн», легкое комедийное кино, на которое серьезному критику полагается кривиться свысока и задавать неудобные вопросы в духе: «Извините, а где здесь искусство, это же все-таки конкурс Международного московского кинофестиваля». Неудобные они потому, что на самом деле спрашивается совсем другое: «Почему вы показываете не то кино, которое я хотел бы посмотреть?»

 photo Matterhorn_zpse0852597.jpg

Как можно серьезно отвечать на такую претензию, не очень понятно. Впрочем, нынешний ММКФ традиционно окутан огромным количеством таких вот странноватых претензий. Например, на Kinote и Снобе выложена статья Вадима Рутковского, где автор рассказывает о том, как пошел на пресс-показ фильма «Другая жизнь Ришара Кемпа», ударился ногой об кресло, а на следующее утро проснулся весь в крови. Знаковая травма, говорит автор, потому что ММКФ же весь такой, он про сопротивление и преодоление.

Читать далее

And No, I Didn’t Retire

А вот программа Каннского фестиваля. Поскольку вам наверняка лень ее читать, можно просто запомнить, что там встречаются Игуменцева, Полански, Рёфн, Озон, Миике, Коэны, Тобак, То, Коппола (София), Содерберг

Opening night film: The Great Gatsby, dir Baz Luhrmann

Closing night film: Zulu, dir Jérôme Salle

In competition
Jury chair: Steven Spielberg

Only God Forgives, dir Nicolas Winding Refn
Borgman, dir Alex Can Warmerdam
La Grande Bellezza, dir Paulo Sorrentino
Behind the Candelabra, dir Steven Soderbergh
La Venus a la Fourrure, dir Roman Polanski
Nebraska, dir Alexander Payne
Jeune et Jolie, dir François Ozon
La Vie d’Adele, dir Abdellatif Kechiche
Wara No Tate, dir Takashi Miike
Soshite Chichi Ni Naru, dir Kore-Eda Hirokazu
Tian Zhu Ding, dir Jia Zhangke
Grisgris, dir Mahamat-Saleh Haroun
The Immigrant, dir James Gray
Heli, dir Amat Escalante
Le Passe, dir Asghar Farhadi
Michael Kohlhaas, dir Arnaud Despallieres
Jimmy P. (dir. Arnaud Desplechin)
Inside Llewyn Davis, dir Ethan and Joel Coen
Un Chateau en Italie, dir Valeria Bruni-Tedeschi

Un Certain Regard
Jury chair: Thomas Vinterberg

The Bling Ring, dir Sofia Coppola
L’Inconnu Du Lac, dir Alain Guiraudie
Anonymous, dir Mohammad Rasoulof
As I Lay Dying, dir James Franco
Bends, dir Flora Lau
Death March, dir Adolfo Alix Jr
Fruitvale Station, dir Ryan Coogler
Grand Central, dir Rebecca Zlotowski
L’Image Manquante, dir Rithy Panh
La Jaula De Oro, dir Diego Quemada
Miele, dir Valeria Golino
Norte, Hangganana Ng Kasaysayan, dir Lav Diaz
Omar, dir Hany Abu-Assad
Les Salauds, dir Claire Denis
Sarah Prefere La Course, dir Chloe Robichaud

Special screenings

Weekend of a Champion, dir Roman Polanski
Seduced and Abandoned, dir James Toback
Otdat Konci, dir Taisia Igumentseva
Muhammad Ali’s Greatest Fight, dir Stephen Frears
Stop the Pounding Heart, dir Robero Minervini
Max Rose, dir Daniel Noah
Bombay Talkies, dir Anurag Kashyap, Dibakar Banerjee, Zoya Akhtar, Karan Johar

Midnight screenings

Monsoon Shootout, dir Amit Kumar
Blind Detective, dir Johnnie To

Out of Competiton

All Is Lost, dir J.C. Chandor
Blood Ties, dir Guillaume Canet

«Оскар» 2013

Итоги «Оскара»:
Короткометражный документальный фильм — Inocente.

Полнометражный документальный фильм — Searching for Sugar Man.

Короткометражный мультфильм — Paperman.

Полнометражный мультфильм — Brave.

Лучшие костюмы — «Анна Каренина».

Лучший грим — «Отверженные».

Операторская работа — «Жизнь Пи».

Спецэффекты — «Жизнь Пи».

Музыка — «Жизнь Пи».

Песня — «Скайфол».

Монтаж — «Арго».

Декорации — «Линкольн».

Фильм на иностранном языке — «Любовь»

Лучший звук — «Скайфол» и «Цель номер один».

Монтаж звука — «Отверженные».

Оригинальный сценарий — «Джанго».

Адаптированный сценарий — «Арго».

Актриса второго плана — Энн Хатауэй.

Актер второго плана — Кристоф Вальц.

Лучшая актриса — Дженнифер Лоуренс.

Лучший актер — Дэниел Дэй-Льюис.

Режиссер — Энг Ли.

Лучший фильм — «Арго».

Я Серёжа, но неважно

В пятницу, которая была, гм, две с лишним недели назад, на ММКФ показывали Триера, о котором я ДОЛЖЕН БЫЛ что-то рассказать. К сожалению, дело в тот день было организовано так: люди с билетами относительно спокойно проходили в зал в любое время (и даже до официально объявленного начала сеанса), а лицам аккредитованным пришлось полчаса стоять и дожидаться начала, чтобы потом, в темноте, пробираться к Триеру. Сразу после того как дверь все-таки открыли, аккредитованные стали наседать; послышались крики: «Сделайте два шага назад! Тут человек упал!»

В результате я занял место на ВИП-ступеньках — тех, что повыше и поближе к выходу. Все бы ничего, но первые 5 минут (а у Триера — вторые, первые я счастливо пропустил) вокруг, и очень часто — перед экраном, ходил охранник и упрашивал московскую интеллигенцию выключить телефоны; затем он успокоился, но к выходу потянулась уже сама интеллигенция, не выдержавшая пытки Триером. Во второй части фильма люди шли прямо-таки потоком; одна дама, появление которой перед экраном совпало с какой-то там метафорой, связанной с Брейгелем, не сдержалась и, добравшись до двери, выдохнула: «Свобода!» Задние ряды — и я с ними — взбодрились.

Короче говоря, в «Меланхолии» все элегантно и масштабно умирают под Вагнера, и представить себе человека, который не хочет на это посмотреть, невозможно. Надеюсь, Евгений ее тоже посмотрит и оформит тут нормальный пост с психологическим анализом действий героинь и проч.

В тот же день, кстати, произошло знаменательное событие: я увидел на ММКФ нестыдный гонконгский конкурсный фильм «Месть. История любви», который потом получил приз за лучшую режиссерскую работу. Всё, чего зритель вправе ожидать от восточного триллера, он здесь получит: пытки — ок; увечья — тут; месть — ну, вы поняли; неэффективная коррумпированная полиция — да вот она, целая бригада; рапид — с нами, минут на десять в общей сложности; даже знаковая фраза «Я прострелю тебе глаз» не забыта. Другое дело, что таких фильмов, кажется, по пять штук в год выходит (если что-то не так в Гонконге, корейские друзья обязательно помогут), но для фестиваля это успех.

Еще меня Ваня просил прорекламировать хип-хоп дуэт «Птицу емъ», о котором, будто бы, еще не все знают. Хорошо: есть такая группа из Екатеринбурга, в составе — два человека из тех трех, которые образуют «4 позиции Бруно». Получается не сказать, что безоговорочно круто, но весело и дóбро. Лучшая песня с первого и единственного альбома «Птицу съем»:

Кого-нибудь также может заинтересовать довольно мощный микстейп Death Grips — Exmilitary, который совершенно легально скачивается здесь. Вот, скажем, вариация на тему Pink Floyd:

Можно было бы сказать что-то и о свежем трейлере приквела «Нечто», но, как оказалось, даже для того, чтобы досмотреть его до конца, требуется определенное усилие. Зато можно легко оценить, в какую жопу за 30 лет скатилось искусство создания трейлеров к фильму «Нечто». Оценить, в какую жопу скатилось искусство создания самого фильма, мы сможем в октябре, ура.

И, наконец, нельзя не прорекламировать сокрушительное выступление в жанре «какое же вы все говно» нашего любимого критика Дениса Вадимовича Горелова. Мы разнимся с латиносами расой, религией, климатом, полушарием и даже, по словам Кона, сексуальными практиками. Нас роднит единственно способ производства: неустойчивая сырьевая демократия с креном в коммунизм и бандитизм. Ничего, кроме песен и полезных ископаемых, ни мы, ни они производить не умеем, как ни корячимся, — отсюда общекультурные производные. Общинность. Разбойничий форс. Вера в рулетку, лотерею и фортуну вообще. Диалектическое отношение к чужой собственности. Бедняцкая страсть к цветным тряпкам. Повышенная сексуальная свобода — ибо ничем, кроме передка, половина женщин заработать не в состоянии.

Роль метафор в фильме выполняют камень и лужа

Фестиваль идет, и я был вынужден посмотреть конкурсный фильм «Уход», у которого
были все шансы оказаться приличным. Во всяком случае, снявший его Вацлав Гавел
был не только президентом Чехословакии и Чехии, но и, как рассказывает «Википедия», видным драматургом и поэтом.

«Уход» вырос из сатирической пьесы про стареющего влиятельного политика,
отставленного с поста и квартирующего с семьей и друзьями на государственной
даче. Молодой прохиндей, заступивший на его место, забирает дачу себе, и герою
приходится съезжать. Сложно сказать, насколько пьеса была успешна; в рецензии The New York
Times ее, к примеру, поругивают, замечая, что сатира бесцельна, неумна и опоздала
лет на двадцать.

Все это относится и к фильму, поскольку текст, если судить по показанному ниже
небольшому отрывку, в котором к главному герою на дачу приходят журналисты и берут
интервью, вообще не меняли. При этом г-н Гавел, кажется, не очень высоко
оценивает способности и выдержку кинозрителя и пытается развлекать его, как
умеет: на сцене интервьюер и фотограф представляются более или менее обычными
людьми, а на экране — деградантами в пятом поколении, дебоширами с перебитыми
носами и сломанными конечностями. Остальным персонажам повезло чуть больше;
советник политика (стоит за интервьюером), к примеру, всего лишь сделался
педерастом с приторными ужимками.

Роль метафор в фильме выполняют камень, о который все подчеркнуто спотыкаются раз
двадцать, и лужа. Г-н Гавел также припас отсылки к «Вишнёвому саду» —
упоминается Епиходов, в финале слышится треск срубаемых деревьев — и почему-то к
«Контракту рисовальщика» (хотя я готов поверить, что тут мне просто показалось).

Другими словами, фильм «Уход» занимает достойное место в конкурсной программе 33
-го ММКФ.

Prevues of Coming Attractions

По случаю 33-го ММКФ наш бложек, кажется, снова начнёт обновляться. С самим фестивалем пока ничего не ясно; пресс-конференция была позавчера, однако сайт отказывается сообщать, что входит в любые программы, кроме конкурса и «перспектив». В конкурсе непривычно много знакомых фамилий: Лобан, Хомерики и Синдо (которому уже 99 лет исполнилось — представляете, каков человечище).

Основным событием фестиваля будет, естественно, ретроспектива Пекинпа, а потому мы о ней что-нибудь напишем, как только станет известно, что привезут. Если предположить, что на сайт постеснялись бы выкладывать изображения к фильмам, которые не покажут, то обязаны быть «Альфредо Гарсиа», «Дикая банда», «Молодой Боннер», «Железный крест», «Соломенные псы», «Побег» и, внезапно, «Конвой».

Чтобы пост имел хоть какой-то смысл, закончим его этим выдающимся видео с «Санденса». Его все, кто хотел, уже посмотрели, но неважно

ИТАР-ТАСС уполномочен заявить

В Каннах победил тайский «Дядюшка Бунми», Михалкову с Лозницей ничего не досталось. Немного жаль — но только потому, что блогерам теперь нет нужды изобретать теории о том, как Никита Сергеевич всех купил и выклянчил ветку. Впрочем, они еще могут выступать в жанре НУ ВОТ, МЫ ЖЕ ГОВОРИЛИ; тоже смешно будет, надеюсь.

Слава богу, Иньярриту не наградили. Полный список здесь.

Скоро будем тут что-нибудь про ММКФ писать. Наверное.